Эволюция (evo_lutio) wrote,
Эволюция
evo_lutio

Анна Каренина



"Анну Каренину" Шахназарова посмотрела.

Вся линия с воспоминаниями Вронского ужасна. Написавший сценарий в соавторстве с Толстым и дополнивший его новыми линиями, от скромности не умрет, это понятно, но пошлости можно было бы и поменьше. Постаревший Сережа Каренин с глазами брошенной собачки, пафосные стенания Вронского тридцать лет спустя, девочка китайская как призрак дочки, все это даже обсуждать не хочется.

Давайте обсудим не фильм, а историю Анны?

Анна у Лизы Боярской, кстати, получилась хорошая. Ей бы еще грудь пышную покатые полные плечи, и была бы Анна Толстого. Вот такая вот страстная, нетерпимая, властная женщина, которая считает, что "уважение - это когда нет любви", что уважением люди прикрывают дыру, где должна быть страсть.

Уважение для Анны - пустой звук и фальшивка. Чужие границы - ханжество. Приличия и порядки - отвратительны и лицемерны. Только слияние, только хардкор! Есть только ее жадная эгоцентричная голодная страсть, желающая поглотить избранника с головой, растворить его словно соляная кислота, а если поглотить и растворить нельзя, лучше умереть. Жизнь не имеет смысла.

Характер Анны - очень современный. Сейчас через одну - вот такие вот "роковые красавицы", которые считают, что любовь - это когда ради их каприза готовы умереть, и на меньшее они не согласны.

Ну а достаются таким эгоцентричным аннам вронские, которые не то что умирать ради них не хотят, но даже и страсти особенной не испытывают, а если вдруг испытывают, то недолго. Видеть такую жалкую реальность аннам неприятно, приходится выращивать корону, ну а когда корона слетает... всем приходят мысли кинуться под поезд. Кидаются не все, к счастью, некоторые возвращают корону на место, некоторые взрослеют.

Посмотрим, из чего состоит история Анны.

Она встречает Вронского, тот увлекается ею и начинает, как это принято в свете, волочиться. Он опытный ловелас и ему нравится процесс охоты. Он получает обратную связь, он видит, что Анна тоже неравнодушна к нему, поэтому его мотивация и азарт растут. Большинство мужчин, увлеченных замужними красавицами, либо отстают от них, не получив взаимности, либо добиваются их, если получают от них сигналы одобрения. Начавшись, роман какое-то время развивается, а потом чаще всего сходит на нет. Все светские и придворные романы таковы, хотя некоторые романы продолжались долгие годы, а изредка, всю жизнь. Бывало что любовник действительно любил и добивался развода или дожидался, когда его любимая овдовеет, чтобы жениться на ней. В случае с Вронским такой длинный роман был маловероятен, он довольно быстро остыл бы к Анне. Хотя если бы она отталкивала его каждый раз, когда он начинал остывать, он мог бы снова наращивать градус влечения и стремиться к ней. Но для этого Анна должна была оставаться с Карениным, уважать своего мужа, заботиться о сыне, иметь свои интересы, иметь Себя, а не только жажду любви.

Главная загвоздка (и даже преступление) Анны в том, что Каренин ей противен. Он готов все простить, сохранять дистанцию, не навязываться, не ждать никакой близости и любви, поддерживать ее, он умоляет ее всего лишь об уважении, о человеческом, о родственном отношении и сочувствии к нему: не позорить его и сына, не создавать им проблем, не превращать их жизнь в ад. Но Анна слишком страстная и слишком зациклена на себе и своей страсти. Каренин омерзителен ей, потому что стоит на пути ее слияния с Вронским.

Хочет ли Вронский слияния с Анной? Нет, совсем нет. Но ей наплевать на это. Какая разница, чего хочет или не хочет Вронский, если захотела она? Какая мелочь - желание избранника. Он - ее избранник, он ей подходит, а значит она наградит его собой, вопреки всему миру и ему самому.

Вронский не сразу понял, насколько он попал. Ему нравилось преследовать ее и томиться, ему нравилась вот эта вот страстная игра по захвату воображения Анны. Это то, что он умел и любил, хотя в этот раз ставка была выше и мотивация больше, чем всегда. Он никуда не торопился, ему нравился сам процесс. Хотя и победа ему тоже очень понравилась. В это было и чувственное удовольствие и корм для тщеславия и триумф охотника. Но он еще не знал, что не на ту напал.

Анна не собиралась, шурша юбками, прибегать к нему на свидания и убегать, оставив тень сомнений в сердце, а спустя время успокаивать, иногда волновать его перерывами в свиданиях, если пыл его уменьшился, вызывать ревность, танцуя на балах с другими, заставлять метаться и голову ломать, как бы не наскучить ей, как бы удержать ее интерес. Анна не стала вести себя как настоящая роковая женщина вела бы себя с таким как Вронский (не умела совсем, да и презирала наверняка такое поведение). Роковые женщины иногда случались в свете, способные свести мужчину с ума и дать ему почувствовать все грани любовного рая и ада (особенно вот такому мужчине, ищущему охоты, такие отзывчивы на игру). Роковых женщин в истории было немало. Все они отличались эмпатией и самоуважением. А неустойчивая от своего эгоцентризма Анна тут же накинулась на Вронского, уже немного остывшего после победы, всем своим разгоряченным телом и прилипла к нему намертво, не обращая никакого внимания на него самого.

Разгорячилась Анна от своего же сопротивления, от того, чем те самые роковые женщины разогревают мужчин, сами сохраняя волю (и потому только получая власть, без воли власть не получишь). Воля не исключает страсти, но должно присутствовать то и другое, чтобы не превратиться в расплавленный кисель. Анна сама распалилась и сама же расплавилась от тех преград, которые она ставила на пути Вронского, когда отказывала ему. То, что для Вронского было интересной игрой, доставляющей если и муки, то сладкие, волнующие, для Анны было проверкой его чувств перед абсолютным с ним слиянием. Она убедилась, что Вронский достоин ее и наградила его собой, выключив не только эмпатию, но и обычное зрение и слух.

Некоторые считают любовь Анны Настоящей. Но что же настоящего в том, чтобы не замечать того, кого ты любишь, не интересоваться его желаниями, проецировать на него свои хочу?

Вся история любви Анны - это глюки ее короны.

Вскоре после начала романа, не замечая уже спадающей динамики, она объявила Каренину, что любит Вронского, хотя Каренин просил избавить его от откровений, и поспешила обрадовать счастливчика. Счастливчик был как-будто совсем не рад, но Анна решила, что он беспокоится за нее и стала заверять его в своей решимости, раздражаясь на его туповатость. Вронский просил соблюдать приличия в обществе, но Анна доказывала ему, что ей наплевать на мнения окружающих. Ей не приходила в голову мысль, что не плевать Вронскому, что есть еще его репутация, его интересы, его планы, его желания, нет, она убеждена, что он озабочен только ее чувствами и заботой о ней. А как иначе?

Когда она начинает догадываться, что у Вронского есть какие-то собственные соображения, отличные от ее, она приходит в ярость. После ее жертвы он обязан всецело принадлежать ей, должен поклоняться ей и считать единственным смыслом своего существования. Она становится сварлива, ревнива, гневлива и требовательна. И вот эту жадную пасть свою Анна и называет любовью. Очень многие называют любовью именно эту голодную пасть.

Она ругает мать Вронского, а когда он просит не высказываться о его матери неуважительно, заявляет, что его мать не любит его, потому что не приняла Анну, не увидела, что лишь Анна - счастье ее сына. Вронский давно устал от Анны, но она и знать не желает, что он не считает ее своим счастьем, а считает давно уже бедой.

А потом до нее внезапно доходит, что он тяготится ею. Внезапно и резко доходит. Ненависть ее и разочарование так велики, что она решает умереть. Она не хочет переживать расставание с Вронским и видеть, насколько ее значимость незначительна для него, какое облегчение он почувствует, отделавшись от нее наконец. Она понимает это внезапно и решает умереть, чтобы остаться хотя бы трагической фигурой в его памяти, а не жалкой.

Пытаясь поглотить Вронского, Анна растворилась сама и потеряла себя, сделав единственным смыслом своего существования его. Этому слиянию немного противостояло другое слияние, ее с сыном, но слияние с Вронским победило. Маленькая дочка осталась сиротой, она так и не заняла сколько-нибудь важного места в сердце матери.

Это апофеоз того, что переживает минус в дисбалансе. И светские нормы тут ни при чем. (Хотя приличия = уважение к чужим границам)

Будь даже свету плевать на шашни Анны и Вронского и на рога Каренина, Анна все равно не смогла бы пережить охлаждение избранника. Уж слишком грандиозна она была в своих глазах для него. Слишком важна для нее была эта ее грандиозность. Слишком пустяковым было все остальное, кроме этого.

ПРАВИЛА БЛОГА
Tags: Дисбаланс, Кино
  • 18 comments
  • 18 comments

Comments for this post were locked by the author