Эволюция (evo_lutio) wrote,
Эволюция
evo_lutio

Рыбацкий гипноз. Задание № 5. Тест № 11. Психоалхимия. Разморозка

Новый сезон будет называться "Секрет гипноза", и участники 14-го тестирования посмотрят его весь уже в следующее воскресенье.

А остальные увидят 4 серии постепенно в течение следующих дней.

Сейчас я предлагаю разобрать одно задание из 11-го теста, которое осталось неразобранным.

Я не забыла про него, просто оно было сложновато для разбора. А теперь пришло время. И после 14-го теста, я надеюсь, мы немного разберемся с явлением рыбацкого гипноза.



Задание 5 (Тест №11 о хищниках в классике).

Люсьен де Рюбампре

из романа Оноре де Бальзака «Блеск и нищета куртизанок»

Красавица Эстер, известная куртизанка, завязавшая с порочной жизнью ради любви к Люсьену, покончила с собой. Она совершила этот поступок после того, как добыла для Люсьена огромную сумму денег, переспав с бароном Нусингеном. Прочитайте отрывок ее предсмертного письма Люсьену и определите то главное, что характеризовало любовь женщин к нему.

«Эстер Люсьену.

Понедельник. 13 мая 1830.
(Последний день моей жизни, 10 часов утра.)

Мой Люсьен, мне не осталось жить и часа. В одиннадцать я буду мертва, но я умру без страданий. Я заплатила пятьдесят тысяч франков за очаровательную черную ягодку смородины, отравленную ядом, который убивает с молниеносной быстротой. Стало быть, ты можешь сказать себе, дружок: «Моя милая Эстер не страдала…» Я страдаю лишь теперь, пока пишу эти строки.

Нусинген, это чудовище, которое купило меня по такой дорогой цене, зная, что день, когда я увижу себя его собственностью, будет моим последним днем, только что уехал, пьяный, как налакавшийся медведь. Первый и последний раз в моей жизни я могла сравнить свое прежнее ремесло продажной женщины с жизнью в любви; нежность, растворяющуюся в бесконечности, противопоставить ужасу перед гнусной обязанностью, толкающему на самоубийство, только бы избежать поцелуя. Надо было испытать всю полноту отвращения, чтобы смерть показалась желанной…Я приняла ванну; мне хотелось позвать монастырского священника, крестившего меня, чтобы исповедаться и омыть душу. Но довольно этого позора, не надо осквернять таинство; к тому же я чувствую себя омытой в водах искреннего раскаяния. Да будет надо мной воля господня.

Оставим все эти причитания; я хочу быть для тебя до последней минуты твоей Эстер, не докучать тебе моей смертью, страхом будущего, милосердным богом, который не был бы милосерд, если бы стал мучить меня и в загробной жизни, после того как я испытала столько страданий здесь, на земле…

Передо мной твой прелестный портрет на слоновой кости, выполненный госпожой де Мирбель. Этот портрет утешал меня в твое отсутствие, я гляжу на него с упоением, записывая для тебя свои последние мысли, передавая тебе последние биения моего сердца. Вместе с письмом я вложу в конверт и этот портрет; я не хочу, чтобы его украли или продали. Одна мысль о том, что предмет, доставлявший мне такую радость, окажется на витрине в лавке старьевщика, среди изображений дам и офицеров времен Империи либо среди китайских болванчиков, бросает меня в дрожь. Портрет уничтожь, милый мой, не дари его никому… Разве такое подношение вернет тебе сердце этой разодетой ходячей щепки, Клотильды де Гранлье, которая наставит тебя синяков во время сна, такие у ней острые локти…

Пусть! Я согласна на это, я еще тебе пригожусь, как бывало при жизни. Ах, разве не склонилась бы я над жаровней, с яблоком во рту, чтобы его испечь для тебя, лишь бы доставить тебе удовольствие или просто услышать твой смех!.. Быть может, моя смерть еще послужит на пользу тебе…Я расстроила бы твое семейное счастье… О, эта Клотильда, я не понимаю ее! Быть твоей женой, носить твое имя, не разлучаться с тобой ни днем, ни ночью, быть твоей и…жеманиться! Для этого надобно родиться в Сен Жерменском предместье! И не иметь десяти фунтов мяса на костях…

Бедный Люсьен! Милый мой, незадачливый честолюбей, я думаю о твоей будущности! Слушай, ты не раз пожалеешь о своей бедной, верной собаке, об этой доброй девушке, обратившейся ради тебя в воровку, готовой сесть на скамью подсудимых, чтобы обеспечить твое счастье; о девушке, единственным занятием которой было мечтать о твоих удовольствиях, изобретать их для тебя, о девушке, у которой каждая клеточка тела дышала любовью к тебе; о твоей ballerina, каждым взглядом благословлявшей тебя; о той, которая шесть лет думала об одном тебе и была твоей собственностью настолько, что являлась лишь излучением твоей души, как свет является излучением солнца. Но, увы! У меня нет ни денег, ни титула, я не могу стать твоей женой…Я всегда заботилась о твоем будущем и отдавала тебе все, что у меня было…Приходи тотчас же, как только получишь это письмо, и возьми то, что найдешь под моей подушкой, ибо я не доверяю слугам…

Видишь ли, я хочу быть прекрасной даже мертвая. Я лягу на кровать, вытянусь, словом, приму позу! Потом я прижму ягодку смородины к нёбу, и меня не обезобразят ни судороги, ни нелепое положение тела.

…….

Так стоит ли сетовать, мой ласковый мальчик? Говори себе почаще: жили на свете две славные девушки, два красивых существа, которые обожали меня и умерли за меня без единого слова упрека! Храни в сердце память о Корали и Эстер и живи своей жизнью! Помнишь тот день, когда ты указал мне на дряхлую старуху в шляпке цвета незрелой дыни и побуревшем ватном пальтишке в сальных пятнах, то была возлюбленная какого-то дореволюционного поэта: солнце не согревало ее, хотя она сидела на террасе Тюильри, ухаживая за отвратительным мопсом, последним из мопсов! Ты сказал: «Знаешь, у нее когда-то были лакеи, экипажи, особняк!» Я тогда ответила тебе: «Лучше умереть в тридцать лет!» В тот день я была задумчива. Как ты старался разогнать мою печаль! И целуясь с тобой, я еще сказала: «Красивые женщины всегда уходят из театра, не ожидая, пока опустится занавес!..» Ну что ж! Я не захотела ожидать развязки, вот и все…

Ты должен счесть меня болтуньей, но ведь я в последний раз несу вздор! Я пишу так, как говорила с тобой, мне хочется побалагурить. Меня всегда ужасали эти плаксивые швейки; ты знаешь, однажды я уже пробовала красиво умереть, вернувшись после этого рокового бала в Опере, где сказали тебе, что я была девкой!

О, мой Люлю, не дари никому этого портрета! Если бы ты знал, с какой горячей любовью я только что глядела в твои глаза, прервав письмо, с каким опьянением я погружала свой взгляд в их глубину, ты подумал бы, вновь овеянный любовью, которую я стремилась вложить в эту пластинку из слоновой кости, что в ней заключена душа твоей любимой подруги.

Мертвая, и просит милостыни, не забавно ли это?.. Полно! Надобно уметь держать себя пристойно даже в могиле.

Вообрази только, какой героической показалась бы моя смерть глупцам, если бы они знали, что этой ночью Нусинген предлагал мне два миллиона, только бы я полюбила его, как тебя. Барон увидит, как он ловко обворован, когда узнает, что я сдержала свое слово, подохнув из-за него. Я все испробовала, чтобы дышать тем же воздухом, которым дышишь ты. Я говорила этому толстому вору: «Я полюблю вас так, как вам хочется! Я даже пообещаю никогда больше не встречаться с Люсьеном…» «Что надо сделать? – спросил он. «Дадите мне два миллиона для него?» Нет, если бы ты только видел его гримасу! Ах, и посмеялась бы я, не будь это так трагично для меня. «Остерегитесь отказать! – сказала я ему. – Я вижу, вам дороже два миллиона, нежели я. Женщине всегда приятно знать, чего она стоит», – прибавила я, повернувшись к нему спиной.

Через несколько часов старый мошенник узнает, что я не шутила.

Кто тебе сделает пробор так же хорошо, как я? Ба! Не желаю больше думать о житейских делах, времени у меня всего пять минут, посвящу их богу; не ревнуй, мой милый ангел, я поговорю с ним о тебе, вымолю у него счастье для тебя ценой моей смерти и вечных мук на том свете. А ведь досадно попасть в ад: мне так хотелось бы увидеть ангелов, чтобы узнать, похожи ли они на тебя…

Прощай, мой Люлю, прощай! Благословляю тебя от всей глубины моего несчастья. До могилы

Твоя Эстер…

Бьет одиннадцать. Я помолилась, ложусь, чтобы умереть. Прощай! Я хочу, чтобы моя душа теплом моей руки перешла в этот листок, который передает тебе мой последний поцелуй: и я хочу еще раз назвать тебя моим милым мальчиком, хотя ты и причина смерти твоей

Эстер».

Чувство зависти стеснило сердце следователя, когда он прочел это письмо самоубийцы, написанное с такой живостью, пусть лихорадочной, в последнем усилии слепой любви.

«Чем он примечателен, что его так любят?» – подумал он, повторяя то, что говорят все мужчины, не обладающие даром нравиться женщинам».

Варианты ответов на задание. Определите по тексту письма то главное, что характеризовало любовь женщин к Люсьену.

- Материнская нежность
- Жертвенность
- Любование ангельскими чертами
- Ревностное служение
- Страсть
- Ревность к другим

***

Правильный ответ на задание - № 4.

В каждой строчке письма - служение Эстер, ревностное и яростное.

И мы сейчас с вами разберем это задание шире. Мы посмотрим не только на любовь женщин к Люсьену, а на то, чем вызывал эту любовь он.

Обратите внимание, Эстер не сомневается в любви Люсьена к ней и в том, какое облегчение ему принесет мысль, что она не страдает. Ради этого она подробно описывает ему молниеносный яд.

Она хочет погибнуть, поскольку изменила Люсьену и предала себя, переспав с нелюбимым мужчиной. То, что она сделала это ради Люсьена и то, что когда-то она была продажной женщиной, никак не смягчает ее чувство вины. Она считает, что только смерть может искупить ее грех. Однако в христианстве суицид - тяжкий грех, и значит Эстер имеет в виду какого-то своего бога, про которого она знает больше, чем отцы Церкви.

А вот и лик этого божества - портрет Люсьена, на который она смотрит перед смертью. Она просит Люсьена уничтожить этот портрет, чтобы он не достался никому. Сама уничтожить его она не может, но боится до дрожи, что кто-нибудь коснется его рукой, хоть покупатель в лавке старьевщика, хоть жена или любовница Люсьена.

Она ненавидит его жену, Клотильду, за то, что та не только получила высшую милость от бога, стать его законной супругой, но еще и не достаточно ценит этот дар. Ненависть разрывает Эстер. Она уходит из жизни еще и для того, что не может справиться со своей ревностью и боится расстроить брак Люсьена, который необходим ему для благосостояния и положения в обществе. Сама Эстер не может ему этого дать, но пишет, что готова склониться на жаровней с яблоком во рту, ради того, чтобы услышать смех Люсьена. Именно такую преданность она считает нормальной и достаточной, а меньшую презирает.

Так кто Люсьен? Конечно он бог в ее представление. Не равный ей человек и не человек даже вовсе,а некто во много раз превосходящий ее по самой своей сути.

Он Солнце, а другие - лишь отражение его света.

И она нежно любит другую возлюбленную Люсьена, Корали, которая тоже погибла ради него, и которая любила его так же сильно. Она любит ее за ту же самую сильную любовь, ну и за смерть ее ради Люсьена.

Обратите внимание, сколько настоящего обожание (от слова "божество") в каждой строчке этого письма.

Следователь был ошарашен и потрясен, когда прочитал его. И не только следователь, а каждый читатель с нормальным воображением испытает удивление, если вдумчиво прочитает.

За что и почему Люсьена любили настолько сильно?

Попробуете найти это в письме? За что и почему.

Но не нужно листать произведение или вспоминать, если вы его читали. Нужно ограничиться именно письмом. В нем все есть, в нем достаточно информации: за что и почему. Просто нужно внимательно его прочитать.

Если не справитесь, я помогу.

Tags: Задачки, Классика, Рыбалка, Тест
Subscribe
  • 35 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
  • 35 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Comments for this post were locked by the author