Эволюция (evo_lutio) wrote,
Эволюция
evo_lutio

Письмо: "Почти психическое расстройство"

Таких длинных писем, как это, я еще, мне кажется, не публиковала.

Но зато оно про влюбленного мужчину и его аддикцию любовную.

Причем аддикция довольно интересная. Прочитайте, кому не лень.

Я комментировать пока не буду. Мне интересно, что вы скажете, на что внимание обратите.

Потом отдельно напишу про несколько этапов формирования аддикции любовной, через которые все проходят, в том числе и этот автор. И про то, как с каждого этапа спрыгивать.

yenotische

Здравствуйте, уважаемая Evo-lutio. Возможно, найдете время прочитать следующий текст. Действующие лица в Ваших постах, в основном, люди состоятельные. А я хотел бы поделиться своими любовными злоключениями, в коих персонажи - граждане с достатком ниже среднего.

Мне 38 лет, не был в браке и в длительных отношениях. Мужчина по внешности – на любительницу (в журнале несколько фото, рост 1.80). Я – мнительный, фальшивый, на своей волне, но теперь моя базовая эмоция – угрюмость/печаль. Зануда.

ФЕВРАЛЬ - ИЮЛЬ 2016

Два года назад я, сельский житель, трудоустоился в Киеве. Завелись новые знакомые, среди которых Вика, на год младше меня, без детей, никогда не бывшая замужем.

Вика – аккуратная женщина, довольно симпатичная, росту среднего, с грубым голосом и несколькими лишними килограммами на животе (абдоминальный тип ожирения). Самая приметная черта внешности –большие красивые глаза, хорошо отображающие эмоциональное состояние. Вика - неболтливая, с слегка недовольным лицом, но хохотать любит, громко и не стесняясь, даже над своими шутками.

Познакомился с ней в конце зимы 2016 года через Егора, моего тогдашнего друга. Через месяц после знакомства полушутя пригласил Вику на свидание, она полушутя согласилась, но не пошла.

Я заметил, что Егор очень тесен с Викой. На мои прямые вопросы о типе их отношений, они оба отвечали уклончиво. Я им поверил и перед Пасхой 2016 года опять пригласил девушку на свидание. Она согласилась, но теперь уже я не пришёл, вернее не дождался. Вечером Вика повстречала меня и спросила, что за злые шутки я с ней играю. Я что-то отморозил и одарил ее килограммом конфет. Горечь, реальная или мнимая, была послащена.

На Пасху Вика уехала домой, а я остался в Киеве. Начали переписку. Через неделю я удивился себе, – я ждал ее приезда. Дождался, — после приезда Вика с Егором уже в открытую гуляли вместе. Меня Вика задвинула в придворного шута, от которого можно получать комплименты, цветы и конфеты.

Егор младше меня на три года, разведен, плохо отзывался о бывшей супруге; ребёнок остался с женой. Лицом красивей меня, опрятный и чистюля. Но зарабатывал вдвое меньше меня, сутул и ниже меня. Как и Вика, Егор курит, голос у него красивый, низкий. Егор был большой сказочник, любитель упасть на уши и навешать лапши.

Они мило общались, гуляли. А мне становилось тоскливо до боли. Я уже понимал, что у меня не просто симпатия.

Однажды в мае Вика уехала на свадьбу родственницы. Вернулась через неделю и в первую же нашу встречу расплакалась. Перед свадьбой Егор сказал ей, что она для него запасной вариант... Их общение продолжалось, но на ее день рождения Егор ничего ей не подарил. Единственными ее подарками были розы и конфеты от меня.

В июне я заигрывал с некой Еленой, к которой Вика даже испытывала ревность, что ее жилетка-шут дарит цветы и конфеты другой женщине. В один день она перестала разговаривать со мной. Я, раздраженный, высказал ей своё недовольство. На три недели мы перестали общаться.

Это было мучительное время для меня. Я решился поговорить с Викой в открытую о чувствах. Одной июльской субботой, рано утром, я передал через консьержку огромный букет подсолнухов для Вики.

Пересеклись в полдень, девушка эмоционально отчитала меня, какой я подлец, – вечером говорю ей, как прекрасны ее глаза, а уже утром сую у подъезда шоколадку Елене в трусы (фантазии). Потом поблагодарила за цветы. Я спросил, получается ли с Егором. Она ответила отрицательно. Через несколько дней, поздним вечером, я рассказал Вике о своих чувствах, пообещал, что если в течении года у нее ничего не выйдет с Егором, или кем-то ещё, то ровно через год предложу выйти ей замуж.

Никакой радости не было. Через десять минут беседа перешла в обычное русло. Еще час посидели, она распросила, что я знаю об шашнях Егора. Я ей слил какой-то пустяк. В полночь пошел спать. А Вика целую ночь не спала, изо всей беседы она восприняла лишь слова об изменах Егора.

Немного раньше я похулиганил и надо было ретироваться. На следующей день после объяснения в чувствах я уехал домой. Дома сложилась такая ситуация, что хирург наложил на голову швы. Через неделю я возвратился в Киев.

Ещё дома получил от Вики сообщение, что Егор в открытую гуляет с другой. По приезде я позвонил ей, но Вика меня отморозила. Я встретился с Егором, которого попросил снять швы, дабы сэкономить на врачах.

В последнее воскресение июля ранним утром, пришёл с цветами к дому Вики. Она вышла через два! часа. Поболтали, она согласилась на свидание и разошлись в часу одинадцатом.

Через часов пять Вика удалила меня из друзей в своих страницах и прислала сообщение, чтобы я забыл о ней. Я метнулся к ней. Из дверей подъезда вышел разъеренный Егор и, угрожая мне, потребовал объяснить мой навет и прекратить ухаживать за его девушкой. Я обалдел, но спокойно предложил ему отойти в укромное место. Егор сразу поник, но пошёл за мной.

Ситуацию я выкупил. Час потребовался мне, чтобы Егор успокоился в отношении верности Вики. Он даже пообещал мне, что женится на ней. Вместе мы вернулись к дому. Позвали Вику. На прямой вопрос Егора, хочет ли она отношений со мной, Вика без колебаний ответила, что нет, и добавила, что в их трениях виноват лишь я.

Егор торжествовал, а я уныло пошагал домой. Там я отправил сообщение Вике, что надеюсь Егор исполнит свое обещание (не уточнив в чем оно состоит).

АВГУСТ - ОКТЯБРЬ 2016

Первые сутки я не спал. На работе немного оправился, а к концу рабочей недели решил погулять в киевских борделях. Кутил уже неделю, когда Вика впервые написала. Она попросила рассказать, что пообещал Егор. Я проигнорировал её. Спустя неделю написала снова, как-бы прося прощения, но при этом заметила, что не мне её судить. За два часа переписки она уламала меня, я рассказал об Егоровом обещании мне женится на ней. Вика заметила, что этого он никогда не сделает.

Кутеж прошёл впустую. В конце августа я накатал Вике типичные тексты отверженных мужчин.

Я решил занять себя парашютизмом. Занятие лишь в дни прыжков немного отвлекало от мыслей о Вике, оно и не могло отвлечь, - ведь я ждал восхищения от Вики, публиковал видео и фотоотчёты в сетях, предположив, что она мониторит их.

В середине октября я отослал Вике в офис коробку ее любимого шоколада. Оттуда позвонили и сказали, что такая девушка там никогда не работала, а шоколад она забрала на следующий день, после того, как офисные работники позвонили по номеру, узнанному от курьера. Вика оказалась алчной лгунишкой.

Я принялся разузнавать прошлое моей пассии. Во-первых, она работала прачкой. Во-вторых, я выискал жёсткий компромат на Вику; мужчина, даже поверхностно ознакомленый с ним, в ужасе бы бежал от неё, – столь аморально было её поведение за три года перед нашим знакомством. А я даже не поморщился.

ОКТЯБРЬ - ДЕКАБРЬ 2016

С Ольгой я познакомился в конце октября. Я был клиентом фирмы, в коей она работала, и где не приветствовались отношения между работниками и клиентами. Ольга на пару лет старше меня, разведена, с двумя детьми: самостоятельной дочерью и малолетним сыном, живущим в то время с её бывшим мужем.

Ольга – женщина привлекательна, с хорошей фигурой, спортивной осанкой, безупречной речью и без вредных привычек. Я лихо стал липнуть к ней, она попыталась вяло отморозить меня, но через неделю признала, что со мной ей легко и ненапряжно. В ноябре мы начали жить вместе.

С Ольгой у меня оказалось много общих интересов. Декабрь мы прожили как юные новобрачные. Я также рассказал Ольге о Вике, о моем обещании, она лишь ухмыльнулась.

Но мне хотелось увидеть Вику. Повод придумал такой, что я хочу счастья ей с Егором, поэтому надо встретиться с ней, дабы ознакомить с собранным компроматом и упредить ситуации, могущие возникнуть в их отношениях из-за нелицеприятного прошлого.

ДЕКАБРЬ 2016 - ФЕВРАЛЬ 2017

Вика не отвечала. Я, не парясь , пошёл к Егору и попросил уговорить ее встретиться со мной. Он не возражал.

В первом же сообщении Вика написала, что у меня нет мужской чести (самоуважения в Вашей терминологии). И в прочих наотрез отказывалась встречаться со мной. Потом вообще перестала писать и сбрасывала звонки

Одной ночью, примерно в три часа, Ольга разбудила меня, протянув мне телефон. Вика в своём ночном сообщении написала, что я создал ей проблемы, у неё даже нет надежды, что Егор когда-нибудь заговорит с ней, и теперь она выполнит свое обещание. Я воспринял это как суицидальные намерения. Ольга успокаивала меня, говоря, что самоубийцы не афишируются. Всю ночь я писал Вике успокоительные сообщения.

Она сначала огрызалась, а потом только молчала. Ближе к рассвету я написал её знакомым, чтоб позвонили ей, посмотрели за ней. Утром Ольга сказала, что ночью я вёл себя как тряпка, и грустно предложила разойтись.

Вика ответила в десять часов дня. Я облегчённо вздохнул. Через несколько дней я отослал ей сообщением обзор собранного компромата и рекомендации, как нивелировать или упредить последствия от его обнародования. Вика с презрением отказалась принимать помощь, заявив, что я тем, что было несколько лет назад, ей жизнь не сломаю. На два месяца я оставил её в покое.

Новый год оказался испорченным. Но Рождество 2017 года было замечательное. К Ольге приехали дети, мне дали отпуск. Две недели я готовил праздничные обеды, гулял с Ольгой зимним, снежным Киевом, валялся с ней по 15 часов в постели и печалился о Вике. От знакомого узнал, что Егор сошелся с ее подругой.

После отъезда детей начались разлады с Ольгой. Наши разговоры с любой темы переходили на обсуждение моих чувств к Вике.
Разрыв с Ольгой оттянуло новое увлечение – катание на коньках. На выходных вместе посещали каток, потом секс до изнемождения. Ольга призналась мне в чувствах, но согласилась искать себе нового мужчину. Она рассчитывала на своего коллегу, таким образом хотела купировать свою боль из-за моего равнодушия к ней.

ФЕВРАЛЬ 2017

Я решил встретиться с Егором. Это было нетрудно, поскольку он работал в супермаркете. Егор как будто ждал меня, сам подошёл, поздоровался. Я задал прямой вопрос, действительно ли я, как заявила Вика, виноват в их разрыве? Егор уверено возразил и охотно изложил свою версию. С его слов, трения в отношениях начались ещё в ноябре из-за сложного характера Вики. Егора напрягали её подозрительность и ревность. В конце декабря Егор узнал об нелицеприятном прошлом Вики от их общего знакомого, который как-бы из дружеских чувств поведал ему ту грязь. Егор со злобным наслаждением описал, как Вика умоляла не бросать её, приходила скандалить к нему на работу, угрожала, что вскроет себе вены, как она терроризировала знакомых Егору девушек. Меня интересовало, в действительности ли он собирался жениться на Вике. Как-бы Егор планировал это сделать. Но он рассмеялся, когда я не поверил и спросил его о полном имени Вики, – Егор не знал ни ее отчества, ни фамилии.

Теперь я слал сообщения, приглашая Вику встретиться. Лишь через неделю, пообещав рассказать версию Егора, мне удалось выманить её на свидание.

Мне не было весело, когда я увидел Вику впервые через семь месяцев. Это была совсем не та женщина, которую я знал прежде. Стресс из-за разрыва с Егором изменил её физически. Я ждал её у подъезда. Она спустилась ещё не одетой надлежащим образом. Посмотрев в её глаза, я заметил слезы. Вика похудела, особенно лицом; раньше она красила волосы в светлый цвет, а теперь передо мной стояла шатенка, на кончиках плохо постриженных волос ещё виднелись остатки краски. Меня поразил нервный тик у Вики, – периодически она делала непроизвольные движения головой. Я подарил ей герберы и керамическую чашку с напечатанной фотографией Вики.

По пути Вика избегала смотреть в глаза. Два раза при ходьбе она теряла равновесие и падала. Поскольку я непьющий, то сидели в кафе, известном своим шоколадом ручной работы. Заведение ей не понравилось. Побыв там полтора часа, мы вышли гулять.

Выйдя, Вика стала как-бы повеселее. Я начал свой неспешный пересказ слов Егора. Я не рассказал о его злорадстве, я вообще не упоминал, что знаю о её унижении перед ним.

На все те, рассказанные Егором, гадости Вика внятно не отреагировала. Её версия разрыва состояла в том, что Егор её все это время альфонсил, тупо целый год кормился за её деньги. За это время, со слов Вики, он не подарил даже цветка. О свадьбе, или о съёме отдельной квартиры он не заикался. В конце ноября он начал обращать внимание на Алёну, подругу Вики. Вику это напрягало, она высказывала Егору свое недовольство. А он начал использовать любые предлоги для разрыва, в конце года просто ему повезло узнать ту грязь.

Я спросил Вику, почему тогда она была с ним, из-за секса, или были чувства? Она грустно что-то проворчала как о сексе, так и о чувствах.
После прогулки Вика предложила поужинать в другом кафе, но я отказался; нужное я узнал, мной даже овладело злорадство от признания моей невиновности.

Написал Вике через три дня. Всего три слова: "Думаю, вспоминаю, надеюсь". Она ответила, что это все напрасно, у нас ничего не получиться, как-бы, я слишком правильный для неё. Рекомендовала не зацикливаться на ней, потому что взаимности никогда не будет. Я предложил хотя бы попробовать завязать отношения. Но дальше две недели она морозила все попытки снова позвать её на свиданье.

МАРТ - МАЙ 2017

В вечер первой пятницы марта я отослал Вике приглашение, особо не надеясь на согласие. В субботу утром с Ольгой поехали на каток, а потом предавались любовным утехам. Приблизительно в полдень Вика отписалась, что согласна. Она потребовала снять номер в гостинице. Смысл сообщения можно было понять и как издевательство, и как отчаяние.

Я, насыщенный Ольгой, с Викой не мог быть физически. И сообщение понял как издевку над моими чувствами. Так и отписался Вике. Дальше мой телефон сострясало от череды Викиных звонков и сообщений, которые я три часа игнорировал. Когда же принял звонок, Вика сначала ласково спросила, почему не отвечал, а потом, услышав мое ворчание, эмоционально потребовала забыть о ней и её номер телефона. Я в том же тоне заявил, что самостоятельно буду решать за себя, а её не побеспокою до конца марта.

У Ольги с коллегой случилось только одно свидание. Кое-как вместе мы прожили март. Уже в первые выходные апреля я позвонил Вике. Она ответила и согласилась на следующее свидание.

Хотя я знал, что Вика верит в гороскопы и прочие суеверия, я решил попроказничать и купил букет жёлтых тюльпанов. Она безразлично взяла цветы. Мы около часа поболтали на скамейке у подъезда, между прочим Вика рассказала, что допоздна пила с подругами слабоалкоголку. Тогда я этому не придал значения. Мы поехали маршруткой к метро. В маршрутке я опять начал проказничать и повел разговор о Егоре. Это Вику разозлило, она чётко без эмоций сказала мне, что нам не о чём разговаривать, что мне прежде надо думать, чем рот открывать, и вообще, до свидания.

Она пересела на обратную маршрутку, я метнулся за ней. Я просил её продолжить встречу, умолял пожалеть меня, говорил, что стану на колени. Я был жалок, на её лице читалось отвращение ко мне... Вечером Вика прислала сообщение, не извинялась, только написала, что я даже не представляю, сколько гадостей наговорил ей Егор, что я никогда не узнаю её тайну, что она думает о всех мужчинах.

Мне было досадно. Растерянный, я опять сблизился с Ольгой, поскольку ей в голову пришла мысль разнообразить нашу жизнь сексом на природе.
В течении апреля и мая я ещё два раза приглашал Вику встретиться, но получал едкие отмазки, столь глупого содержания, что становилось неловко за приглашения.

МАЙ- ИЮЛЬ 2017

В конце мая совместная жизнь с Ольгой подходила к концу. Она плакала, сердилась, ревновала к незнакомой ей Вике и к любой женщине, на которую я посмотрел. Я искал причину уйти от неё. Причину нашёл в мелкой бытовой ссоре. Вечером одной пятницы между нами возникла короткая перепалка. Я связался с другом насчёт жилья. Особенностью новой локации было то, что я часто буду находиться в поле зрения Вики. Это был преднамеренный замысел. Я спросил о ее мнении, Вика ответила, что ей все равно, где я буду жить. Утром субботы Ольга разбудила меня на тренировку на катке, я отказался идти, сказав, что съезжаю. Она уехала одна, не подав виду. До обеда я собрал вещи и переехал.

Вечером я пришёл к Ольге уладить финансовые вопросы, тихо все порешали. Позже я узнал, что она неделю испытывала боль в сердце и в желудке, несколько дней не могла есть и спать из-за меня.

На следующей день я пересекся с Викой. Она немного поистерила при моем появлении. Вика общалась с Егором и сохранила дружеские отношения с Аленой, теперь его новой девушкой. А через день Вика прислала сообщение, в котором объяснила своё поведение тем, что хочет, чтобы я возненавидел ее и поскорее переехал. Через неделю она опять написала какое-то бессмысленное сообщение. А через две недели я не выдержал и выходные провалялся с Ольгой на берегу озера.

После тех выходных получил сообщение от Вики, в котором упрекнула меня, что я не интересуюсь ею. Оказалось, перед выходными её забрала скорая помощь из-за сложной формы тонзилита. Уже вечером я был у больницы. И последующие три дня до выписки навещал Вику, принося цветы и вкусняшки, и даже погулял с ней пол часа, несмотря, что её определили в инфекционное отделение.

После выписки, в следующий вечер пересекся с подвыпившей Викой, она начала приставать ко мне. Мне было неприятно и я поспешил покинуть её. На следующей неделе приходился день рождения Вики, который она хотела отметить дома с родственниками. Ольга, гуляя со мной, пригласила меня на каток в тот день, а я зло пошутил, что не пойду, поскольку с утра буду занят покупкой цветов для Вики. Ольга прекратила прогулку и ушла от меня, потом нашла меня в метро и дала пощечину. На две недели она прекратила общение со мной.

Вика приехала через два дня после дня рождения и вечером готовила "поляну" у озера. Я подарил ей букет хороших роз. Вика не поблагодарила, и даже не дала себя толком поцеловать. Было заметно её плохое настроение. Через несколько часов пригласила меня на праздничный пикник, но таким тоном, что предполагал отказ, что я и сделал.

В ближайшую субботу, видя что Вика гуляет одна, я пригласил её в кино. Она сердито отказалась и протянула свой телефон, демонстративно показав анонимное СМС, датированное ее днем рождения. В нем было написано, что я женюсь на ней только потому, что дал ей слово, а так считаю её некрасивой, старой, толстой и не способной к деторождению.

Стиль письма был Ольги. Я немедленно позвонил ей. А та ответила, что ей Вика тоже написала плохие слова. Я переспросил у Вики. Она резонно заметила, что даже номера Ольги не знает.

Я нашёл Ольгу у паркового пруда. Она отказывалась говорить, а потом молча ушла. Я догнал её, усадил на скамейку, попросил извиниться. Ольга отказалась. Конфликт между женщинами показался мне забавным, но Вику было жаль, все-таки жестоко получить в свой день рождения обидное сообщение.

Первые дни Вика ещё держалась, даже пыталась угостить меня обедом. Но день за днем и она начала игнорировать меня, и уже пошли разговоры, что она часто выпивает. К концу июня Вика уже раздражалась моим присутствием.

А с Ольгой опять случился секс, причём вели к этому комичные ситуации. Как-то Ольга осталась без денег, взаймы отказалась брать, но согласилась угоститься обедами. В форме пикника на берегу озера... Потом её дочь уехала в Австрию, а Ольга перед отъездом сделала подарок мне на день рождения. Как ответную меру потребовала побыть с ней, чтоб ей не было так грустно после отбытия дочери. Нехотя я согласился и два дня провёл с Ольгой. Кроме того, узнав, что я как-то спорил с Викой из-за того СМС, она отослала ей сообщение с извинениями.

Формально Ольга извинялась, но написала новую порцию оскорблений от себя, призналась в своих чувствах ко мне, а в конце добавила, что считает Вику недостойной меня.

Вернувшись от Ольги я довольно быстро пересекся с Викой. Она истерила. Я был обозван немужиком, вонючкой и другими существительными из пласта обсценной лексики. К ругани она подключила одну зрелую даму, коллегу Ольги, которой показала те сообщения. Дама орала и себе на меня, угрожала донести на Ольгу. В течении нескольких часов на меня обрушился поток ругательств и проклятий, касающихся всех периодов моей жизни начиная с зачатия.

Я был спокоен, на ругань не переходил, лишь в паузах выдавал едкие реплики, которые ещё больше раззадоривали женщин. Было мне немного даже весело.

И при этом в гневе Вика была прекрасна. Её замечательные серые глаза приобрели светлую голубизну. Лицо зарумянилось, движения под конец ссоры стали мягче, но сохранили быстроту. Она как бы помолодела. Я в открытую любовался ею.

После ссоры Вика перестала общаться со мной. Меня же удивила Ольга, из-за угрозы оглашения связи со мной, она отреклась от меня, предложила коллегам прекратить предоставление мне услуг. Даже месяц не прошел, как она говорила, что если я оставлю свои планы насчёт Вики, то сделает меня счастливым, даже родит для меня ребёнка.

Конечно, это был естественный выбор между карьерой и мужчиной, который равнодушен к ней.

ИЮЛЬ2017 - НОЯБРЬ2017

Вика продолжала обижаться на меня, не здороваться и зло смотреть. Во второй декаде июля был ровно год со дня моего обещания предложить ей выйти замуж. Я написал ей сообщение, в котором констатировал факт, что я готов выполнить свое обещание, но это все смешно и глупо, события последнего года ясно показывают, что я ей ненужен. Позже Вика рассказала, что удалила то сообщение, не прочитав.

Примерно через три недели после той ругани Вика начала общение со мной: то встрявала в мои разговоры с общими знакомыми, то предлагала что-то вкусное. Даже заняла у меня небольшую сумму денег. А также начала явно и хорошо выпивать на выходных со своим приятелем, – весёлым, низеньким толстячком, женатым, но фактически раздельно живущим со своей женой. Через некоторое время толстячок мне рассказал, что Вика предлагала ему отношения, но он якобы отказался, поскольку у него была уже молоденькая любовница, а Вика не в его вкусе.

Однажды в августе я пораньше собрался на работу. И пересекся с Викой и толстячком, совсем пьяными. Толстячок ретировался. А Вика осталась и начала приставать. На этот раз я её не оттолкнул. Обнял, она сделала губы бантиком, я в ответ смачно её поцеловал. Она начала шутить на тему, что я признался ей в чувствах, а при этом был ей неверен. Потом перешли к Егору, она в добавок упомянула мужчину, который был до него и тоже её бросил. И как то странно свела меня, Егора и того мужчину в список людей, обидевших её. Причём заявила меня в начале списка и добавила, что это не конец перечня. Что она ещё не готова рассказать, как мужчины с ней обходились. Подытожила фразой, что всю жизнь она наступала на те самые грабли. Потом мы опять целовались. Я предложил поехать со мной в отпуск на море. Условия были следующие: билеты, проживание и обеды за мой счёт, каждый гуляет сам по себе. Вика согласилась.

Уже в поезде она сказала, что лучше бы к маме поехала. Я примерно представил будущий отпуск. Вика была недовольной всем: предоставленными для выбора номерами, погодой (она кстати испортилась, несколько дней дождило), тем, что я просыпался на рассвете, и даже тем, что я укрывал её одеялом. Я оказался довольно скуп для неё, отчего Вика обозвала меня жидом. Отпуск она использовала для отсыпа, её любимого занятия. Спать ночь и пол дня – это она считала отдыхом. Секс был плохой, как подачка убогому, о чем я Вике сказал.

Раз в полдень, валяясь в кровати, я спросил ее, была ли она в жизни хоть день счастлива. Вика на полном серьёзе ответила, что даже одного часа не ощущала себя счастливой, что никого никогда не любила.

Я гулял сам, благо курортный городок был замечательный. Нудисткие пляжи, заповедник, бюджетные кафешки с национальными кухнями, – мне было чем себя занять. Вместе с Викой ходил обедать, за покупками в супермаркет и несколько раз на городской пляж. За время отпуска случились ссоры, одна произошла, когда Вика начала говорить неприятные вещи про Ольгу. Я в ответ вспомнил о её ухажерах. Она рассердилась и даже намеревалась уехать, но то были пустые угрозы, она лишь демонстративно следующий день промолчала, валяясь в постели, и даже не курила. Другая ссора случилась в предпоследний день, когда мы решили поужинать в ресторане. Я повел там себя как деревещина, испортил настроение официанту и Вике. Допив коктейли, она сказала, что я – неудача в её жизни. Вышла, отдала мне ключ от номера, и пошла на центральную площадь. Я ключ взял и вернулся в номер. Вика возратилась в ярости, ворча, что такого кавалера, что оставил её ночью одну и голодную, у неё ещё не было. И ушла в магазин. Я уложился, но и через час она не возратилась. Я оделся и пошёл её искать, нашёл где-то в час ночи. Вика немного попсиховала, побегала по скверу, но потом подсела ко мне на скамейку, я обнял её и вместе пошли спать.

За время отпуска Вика поправилась и покрасила волосы в светлый цвет, как год назад. Девушка уезжала на два дня раньше меня, утром перед отъездом я попросил в Киеве определиться со мной.

Вика выкупала, что немного испортила мне отпуск, она грустно спросила меня, что наверное я рад, что она уезжает. Я ответил, что слышать ночью как она спит, как рядом дышит, сполна компенсировало ссоры

Уже в Киеве, через два дня после отъезда, Вика написала мне, что благодарит за всё, но между нами ничего не может быть, и пусть я все забуду. Я в ответ написал тривиальные сообщения, в которых хотел узнать причину, пожелал удачи в обустройстве ее личной жизни и напомнил о своих намерениях относительно её.

Вика не очень доброжелательно встретила меня после приезда. На следующей день я предложил ей шоколад, а она зло его отшвырнула. Вечером в сообщении предложила угостить меня ужином. Я проигнорировал и в дальнейшем не стремился пересечься с Викой. Но пару раз в сентябре пересеклись, она что-то шипела, отворачивала голову. Я раз написал ей, спросил, почему злится, но Вика не ответила. Наверное считала, что я преднамеренно маячу перед глазами.

Вика продолжала выпивать с толстячком. В конце сентября она уже демонстративно показывала свое презрение ко мне, сначала выпившая, а потом трезвая. Я сперва не обращал внимание, но она умудрялась демонстрировать свое отношение при посторонних, что уже меня задевало. Однажды среди знакомых Вика матерно заявила, что хотела бы меня совсем не видеть. Минут через двадцать, я подошёл к ней наедине, тихо спросил, почему она психует. Но был без разговоров ею послан на х**.

В следующий вечер я беседовал с соседом по лестничной, через пол часа подошли Вика и толстячок, стали невдалеке и закурили. Я обсуждал с соседом тему, также интересную и Вике, и вместе с ним ушёл. Через пол часа меня настигает Вика и требует пересказать разговор. Я был весьма удивлён, – девушка не извинилась за свое вчерашнее поведение и подслушивала чужой разговор, а теперь я должен ей отчитаться. Я сказал, что не хочу разговаривать с ней. Она начала вспоминать о моих разговорах, при которых она не присутствовала и её не касались, узнанных по наслышке. Меня это рассердило, я театрально удалился от Вики.

Теперь она начала меня драконить по взрослому. Молча вернула подарок с отпуска и заблокировала меня в мессенджерах. Она не заходила в помещение, если там находился я. Если же пересекались, то Вика шарахалась и “приветствовала“ меня фразой “Фу, бл**! ”. Сначала я слышал индивидуально, не реагировал, а ближе к концу октября она не стеснялась фукать при знакомых. Моё терпение чуть не лопнуло, когда Вика подраконила меня в присутствии хорошенькой молодой девушки. Я пошёл к толстячку, который знал о нашем совместном отдыхе, и попросил повлиять на Вику, предупредить ее, что я могу не сдержаться в следующий раз, психануть и унизить её, опустить ее репутацию ниже плинтуса.
Они ушли пьянствовать, через некоторое время Вика прислала СМС, в котором утверждала, что я умственно отсталый, зловонный, ущербный и прочее. В ответ я согласился с ее словами, только заметил, что правильнее писать 'дебил', а не 'дибил'. Через день Вика прислала сразу несколько СМС, уже в примирительном, даже в заискивающем тоне. Она оправдывала свои слова и поведение моими недомолвками, скрытостью.

НОЯБРЬ2017 - ФЕВРАЛЬ 2018

Вика уже не трогала меня, никаких шипений, обсценной лексики. Дождавшись покоя, я уехал на несколько дней домой. А там меня ждал сюрприз. Ольга, не имея возможности выговориться кому-либо, нашла "психолога" среди моих родственников. С июня по октябрь она регулярно писала жене моего брата, искала у нее надежду и утешение.

Вернувшись в Киев, я написал Ольге, чтоб она успокоилась. Но ее потянуло на разборки, в своих длиннющих сообщениях она пыталась высказать все претензии.

Вика теперь, пересекаясь со мной, делала стеклянные глаза, но молчала, никак не демонстрировала свое отвращение. Но вскоре Вика ко мне смягчилась, и все благодаря ее новым, долгожданным отношениям.

Почти через год после разрыва с Егором, после тщетных шагов к разным мужчинам, Вика замутила с приличным человеком, Стасом.
Небеса, наверное, смилостивились над Викой после унижений от Егора, после года отсутствия внимания от мужчин (я не в счёт). Стас объективно стал призом для нее. Его рост выше среднего, почти мой, но телосложение поплотнее. Внешность – обыкновенная, как он сам шутил, он не фотогеничен. Стас на два года старше Вики, разведен, ребенок с бывшей супругой. Зарабатывал в полтора раза больше меня, имеется квартира в областном центре. Стас весьма коммуникабельный, бывший КВНщик. В первые месяцы отношений Вику он окружил вниманием и заботой, и Вика просто расцвела в ответ, перестала выпивать на выходных, начала ограничивать себя в курении, стала более благожелательной к окружающим. На мой день ангела она впервые за два года знакомства сделала мне сюрприз, – тихо подарила любимый десерт.

На зимние праздники все мы разъехались из Киева. Вике я отослал пару коробок шоколада в подарок на Рождество. Она поблагодарила, как-бы удивилась, с чего такая любезность, и, словно школьница, снова добавила меня в друзья в социальных сетях.

Сразу же по приезде в Киев Вика одолжила у меня небольшую сумму денег, которые отдала через месяц. Я даже предложил рассчитаться с ее долгами. Слился конечно, это уже заботы её мужчины. Ещё раз мне пришлось поговорить с ней, поскольку заметил, что Стас пользовался ее телефоном. Я спросил, удалила ли она переписку со мной. Вика ответила, что нет, что считает, что ничего такого компрементирующего там нет. С тех пор общение свелось до минимума. Вика стала как-бы теряться, даже стесняться в присутствии меня.


Вот и вся хронология, - типичные случаи, хорошо Вами в журнале описанные. Предполагаю, что я – "рыцарь" в белом пальто, а увенчанной короной спасателя-победителя голову наполнили баги ищейки и училки.

После летнего отпуска я длительное время воздерживался от близкого общения с женщинами. В декабре поухаживал за молоденькой девушкой, считающей себя моделью. Я использовал заигрывания с ней для троллинга Вики, что мне удалось, – Вика вспомнила мне ту девушку в предрождественской переписке.

В январе на СЗ познакомился с оперной певицей 40+. Случилось три свидания и я отморозил её. Просто перестал звонить и писать. В конце февраля употребил лечебных проституток, причем у них оказался типаж Вики... Потом познакомился на катке с ещё какой-то девушкой. Но все без интереса, - зелёный виноград.

Начал скучать за Ольгой, за нашими разговорами обо всем на свете. Уговорил ее встретиться. Ольга поведала о своих отношениях, – у нее был регулярный секс со своим коллегой, предлагавшем ей замужество. Но с ним она стеснялась даже гулять под ручку. Она охотно принимала подарки, но потом с дочерью смеялась над его вниманием, – так нелеп он казался в ее глазах. Я заметил, что это жестоко. Ольга резонно ответила, что это я научил ее жестокости. Сказала, что даже немного разочарованна во мне.

Собственно, что же я хочу, зачем, и что мне мешает?

Я хочу не декларативно, а реально осознать, что безразличен Вике, ненужен и никто для неё, не мне что-то требовать от неё; мой случай не уникален, много других людей в таком же возрасте подобное переживали и находили себе партнёров.

Зачем? Я считаю, что постоянные мысли о Вике – это навязчивое состояние, почти психическое расстройство. Я плохо сплю, не набираю веса; на работоспособности никак пока не отображается, но в личной жизни я в дыре, у меня даже нет круга знакомых женщин, из которого я бы мог выбрать себе партнера. Из-за отказа Вики я считаю себя каким-то ущербным уродцем, даже прокрадывалась гадкая мысль отомстить ей за унижения, используя ту грязь.

Что мне мешает забить на Вику? Лень, инфантильность. Я не уяснил четкого алгоритма действий. Все, за что я не возьмусь, я связываю с фигурой Вики, все вещи, которые я делаю или планирую осуществить, мне интересны в их связи с предполагаемым мнением Вики.

Все, что я надумал, это сменить место работы, проживания. В апреле я уехал из Киева. В другую страну. Напоследок провел пол дня с девушкой с катка, а пасхальное воскресенье – с Ольгой. Вике передал подарки, она поблагодарила лишь через неделю (не забыв выразить недовольство качеством). Я также удалил все контакты, прямо или косвенно связывающие меня с Викой. Но опять таки, я не уверен, что это мне поможет, наверняка через пол года брошусь узнавать о Вике.

Надеюсь на Ваш суровый и справедливый разбор письма. Если проигнорируете, то не обижусь, поскольку чтение Ваших постов уже немного вырвало меня из того моего сладкого мира иллюзий. Спасибо за Ваш труд!

Tags: evolutiolab
Subscribe
  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Comments for this post were locked by the author