Эволюция (evo_lutio) wrote,
Эволюция
evo_lutio

Categories:

Поединок маркизы и виконта



Я решила не разбирать письмо виконта де Вальмона.

Мы его в комментариях и так неплохо разобрали. Вот оно.

Я решила предложить кое-что поинтересней.

Разобрать письма маркизы ему. И посмотреть в объемном контексте, как они, собственно, фехтуют, и с кем каждый из них имеет дело.

А еще предлагаю обратить внимание на те самые гендерные правила.

Как плохому танцору всегда мешают яйца, так рапану всегда мешает его гендер. Мужчины-рапаны ноют, что им трудно, девчонки без денег не дают. Женщины-рапаны ноют, что им трудно, потому что нельзя всем давать и лицо сохранить. Принять правила люди с внешним локусом не могут, им всегда все не так, они хотят, чтобы все правила были только в их пользу. Ну чтобы и черные ферзи-кони и белые все были у них, а у противника одни пешки. Вот тогда бы да, хорошо.

И вот обратите внимание, как пользуются условиями игры хорошие игроки. Свои преимущества гендерные они используют по полной, а туда, где у них по гендеру позиция слабей, стараются не ступать или ступать осторожно. Это позволяет им оставаться в красном поле.

Сначала читаем письмо маркизы, которое она написала виконту за день до его письма.

То письмо, на которое он, собственно разразился обилием острых пик, которым мы аплодировали в предыдущем посте.

А потом прочитаем ее ответ на уже знакомое нам письмо виконта.

От маркизы де Мартей к виконту де Вальмону в замок ***


"Возвращайтесь, любезный виконт, возвращайтесь. Что вы делаете и что вам вообще делать у старой тетки, уже завещавшей вам все свое состояние? Уезжайте от нее немедленно; вы мне нужны. Мне пришла в голову замечательная мысль, и я хочу поручить вам ее осуществление. Этих немногих слов должно быть вполне достаточно, и вы, бесконечно польщенный моим выбором, должны были бы уже лететь ко мне, чтобы коленопреклоненно выслушивать мои приказания.

Но вы злоупотребляете моей благосклонностью даже теперь, когда она вам уже не нужна. Мне же остается выбирать между постоянным ожесточением против вас и беспредельной снисходительностью, и, на ваше счастье, доброта моя побеждает. Поэтому я хочу раскрыть вам свой план, но поклянитесь мне, что, как верный мой рыцарь, не будете затевать никаких других похождений, пока не доведете до конца этого. Оно достойно героя: вы послужите любви и мести. Это будет лишнее шалопайство, которое вы внесете в свои мемуары: да, в свои мемуары, ибо я желаю, чтобы они были в один прекрасный день напечатаны, и даже готова сама написать их. Но довольно об этом – вернемся к тому, что меня сейчас занимает.

Госпожа де Воланж выдает свою дочь замуж; пока это еще тайна, но мне она ее вчера сообщила. И как вы думаете, кого она наметила себе в зятья? Графа де Жеркура. Кто бы мог предположить, что я стану кузиной Жеркура? Я просто вне себя от бешенства... И вы еще не догадываетесь? Этакий тяжелодум! Неужто вы простили ему интендантшу? А у меня-то разве не больше причин пенять на него, чудовище вы этакое! Но я готова успокоиться – надежда на мщение умиротворяет мою душу.

И меня и вас Жеркур без конца раздражал тем, что он придает своей будущей жене такое значение, а также глупой самонадеянностью, заставляющей его думать, что он избегнет неизбежного. Вам известно его нелепое предубеждение в пользу монастырского воспитания и еще более смехотворный предрассудок насчет какой-то особой скромности блондинок. Я, право, готова побиться об заклад: хотя у маленькой Воланж шестьдесят тысяч ливров дохода, он никогда не решился бы на этот брак, будь она брюнеткой и не получи воспитания в монастыре. Докажем же ему, что он просто-напросто дурак: ведь рано или поздно он все равно окажется дураком, и не это меня смущает, но было бы забавно, если бы с этого началось. Как бы мы потешались на другой день, слушая его хвастливые россказни, а уж хвастать-то он будет непременно! Вдобавок эту девочку просветите вы, и нам уж очень не повезло бы, если бы Жеркур, как и всякий другой, не стал в Париже притчей во языцех.

Впрочем, героиня этого нового романа заслуживает с вашей стороны всяческих стараний. Она и впрямь хорошенькая; красотке всего пятнадцать – настоящий бутон розы. Правда, донельзя неловка и лишена каких бы то ни было манер. Но вас, мужчин, подобные вещи не смущают. Зато у нее томный взгляд, который сулит многое. Добавьте к этому, что ее рекомендую я, и вам останется только поблагодарить меня и повиноваться.

Письмо это вы получите завтра утром. Я требую, чтобы завтра же в семь часов вечера вы были у меня. До восьми я никого не буду принимать, даже ныне царствующего кавалера: для такого большого дела у него не хватит ума. Как видите, я отнюдь не ослеплена любовью. В восемь часов я отпущу вас, а в десять вы вернетесь ужинать с прелестным созданием, ибо мать и дочь у меня ужинают. Прощайте, уже за полдень, и скоро мне будет не до вас.

Париж. 4 августа 17... "



Ну как?

Кто-нибудь хочет обсудить эту прекрасную сучку стерву?

Посмотрите, с какой уверенностью она использует гендерное право женщины стоять сверху?

Разве может себе позволить это кавалер?

Никогда. Хотя и дамы могут позволить не всегда, но в данном случае маркиза может. Почему, понятно?

Обратите внимание, виконт в своем письме всячески подчеркивает, что это он оставил маркизу, а она будто не заметила этого. Он был для нее одним из многих и остался. Она знает, что очаровательна, уверена, что до сих пор волнует его (и не ошибается), она специально злит его, но она очень убедительна в своем безразличии к нему, неправда ли? Она ведет себя так, будто он всегда был в ее френдзоне и там остался, а то что она спала с ним... ну, возможно, почему бы и нет, ведь она так взбалмошна, а он влюблен.

Все ее письмо посвящено ее ревности Жеркура, другого ее любовника, она бесится, что он собирается жениться, и она повелевает виконту явиться и обесчестить его невесту.

Надо отдать должное, она закидывает виконта шарами, нимало не сомневаясь, что у него это получится. Она уверена, что он легко соблазнит малышку. Этим она будто ставит его выше всех и даже выше Жеркура, но одновременно - виконт ее рыцарь, она дает ему приказание - влюбить другую женщину.

Где хоть намек на ревность и жадность? Во всем письме - безразличие к виконту, страсть к Жеркуру и при этом уверенность в том, что виконт - очень хорош в деле любви. И тут же небрежное, что его мемуары она могла бы написать за него сама. То есть он лучший на мужском поле, но будь мужчиной она, он был бы после нее.

Теперь понятно, от чего так взбесился виконт? Почему он накидал столько ядовитых пик?

И прочитаем, что она ответила ему на то его письмо, эта очень хитрая, ловкая и изящная в своей жестокости женщина.


От маркизы де Мертей к виконту де Вальмону


"Знаете ли вы, виконт, что письмо ваше донельзя дерзко и что я имела бы все основания рассердиться?

Однако оно ясно доказало мне, что вы потеряли голову, и только это спасло вас от моего гнева. Как великодушный и чуткий друг, я забываю о своей обиде и думаю лишь об угрожающей вам опасности. И как ни скучно читать наставления, я готова на это – так они вам в настоящий момент необходимы.

Вам обладать президентшей Турвель! Какая смешная причуда! Узнаю вашу взбалмошность, которая всегда побуждает вас желать то, что кажется вам недоступным.

Что же представляет собой эта женщина? Да, если угодно, – у нее правильные черты лица, но без всякой выразительности, она довольно хорошо сложена, но в ней нет изящества, она всегда смехотворно одевается, с вечной косынкой на груди, закрывающей ее до самого подбородка. Скажу вам как друг: и одной такой женщины достаточно, чтобы вы совершенно пали в глазах общества.

Припомните тот день, когда она собирала пожертвования в церкви святого Роха и когда вы еще благодарили меня за доставленное вам зрелище. Я так и вижу ее под руку с этим длинноволосым верзилой – как она чуть не падает на каждом шагу, все время задевая кого-нибудь за голову своей четырехаршинной корзиной, и краснеет при каждом поклоне. Кто бы подумал тогда, что вы воспылаете к этой женщине желанием? Ну же, виконт, покраснейте в свою очередь и придите в себя. Обещаю вам, что никому ничего не расскажу.

И вдобавок – подумайте, какие неприятности вас ожидают! С каким соперником придется вам тягаться! С мужем! Разве не ощущаете вы себя униженным при одном этом слове? Какой позор, если вы потерпите неудачу! И как мало славы даст вам победа! Больше того: и наслаждений никаких не ждите. Разве получишь их с недотрогой? Я имею в виду искренних недотрог, которые скромничают даже в самый миг наслаждения и не дают вам вкусить всю полноту блаженства.

Им неведомы такие радости любви, как полное самозабвение, как то исступление сладострастия, когда наслаждение как бы очищается в самой своей чрезмерности. Могу вам предсказать: в самом лучшем случае ваша президентша возомнит, что все для вас сделала, обращаясь с вами как с мужем, а между тем даже в наинежнейшем супружеском единении полного слияния с любимым существом никогда не бывает. Данный же случай гораздо хуже: ваша недотрога еще и святоша, притом у нее, словно у женщин из простонародья, набожность, обрекающая на вечное детство.

Может быть, вам и удастся преодолеть это препятствие, но не льстите себя надеждой, что сможете его уничтожить: победив в ней любовь к богу, вы не справитесь со страхом перед дьяволом. И когда, держа любовницу в объятиях, вы ощутите трепет ее сердца, это будет дрожь не любви, а страха. Может быть, вы и смогли бы сделать что-нибудь из этой женщины, если бы узнали ее раньше; но ей двадцать два года, и она замужем уже около двух лет. Поверьте мне, виконт, если женщина до такой степени засохла, ее надо предоставить самой себе: она навсегда останется совершенной посредственностью.

А между тем ради столь привлекательного предмета вы не хотите повиноваться мне, хороните себя в склепе вашей тетушки и отказываетесь от очаровательнейшего приключения, в котором можете показать себя самым блестящим образом. Какой же рок судил, чтобы Жеркур всегда имел перед вами преимущество? Поверьте, я говорю с вами без малейшего раздражения, но в настоящую минуту мне и впрямь сдается, что вы не заслуживаете своей славы, а главное – что-то толкает меня отказать вам в доверии. Никогда не решусь я поверять свои тайны любовнику госпожи де Турвель.

Знайте, однако, что маленькая Воланж уже вскружила одну голову. Юный Дансени без ума от нее. Они пели дуэтом, и, по правде сказать, она поет лучше, чем обычно поют пансионерки. Они собираются разучить много дуэтов, и, кажется, она не отказалась бы от унисона; но этот Дансени еще мальчик, который только потеряет время на бесплодное ухаживание и останется ни с чем.

С другой стороны – молодая особа довольно дика, и при всех обстоятельствах это будет гораздо менее забавным, чем было бы, вмешайся в это дело вы. Поэтому я крайне раздосадована и, наверно, поссорюсь с кавалером, когда он ко мне придет. Пусть он проявит кротость, ибо в данный момент мне ничего не стоит порвать с ним. Я уверена, что, осени меня благое намерение решиться на разрыв, он пришел бы в отчаяние, а ничто так не тешит меня, как отчаяние влюбленного. Он назвал бы меня «изменницей», а это слово всегда доставляло мне удовольствие.

После слова «жестокая» оно для женского слуха всего приятнее, а заслужить его стоит гораздо меньше труда. Право же, я займусь этим разрывом. Вот, однако, чему вы оказались причиной! Пускай все это и будет на вашей совести. Прощайте. Попросите вашу президентшу, чтобы она помолилась и за меня.

Париж, 7 августа 17... "



Что мы видим тут?

Во-первых, маркиза даже не заметила шпилек виконта. Как будто.

Не замечать шпилек - лучшая тактика, тем более когда ваша СЗ высока. Вас хотят уязвить, но вы даже не замечаете этого, настолько вам мало дела до этого, настолько другое занимает ваш ум.

Во-вторых, маркиза легко объяснила дерзость виконта (отказ приехать) тем, что он рехнулся от любви.

И это не злит ее, как злило бы влюбленную женщину, даже слегка заинтересованную. Нет, она лишь досадует, что он выглядит смешно, нелепо, глупо, опозорится в свете, и ей будет стремно доверять ему свои секреты, он упадет в ее глазах и в других.

Обратите внимание, она даже не сомневается в том, что виконт легко получит эту даму. Он посвятил целое письмо описаниям своего подвига, сложностей и трудностей, которые он преодолеет. И тут вдруг упс, маркиза отмахнулась от этого как от мухи. Конечно, все получите, виконт, любой получил бы такое, но зачем это вам надо? Это ведь уныло и тухло.

Она описывает ему, что как бы он ни лез из кожи, президентша наградит его всего лишь тем, что поставит рядом с мужем. Считать мужчину мужем - наибольшее, что может подарить порядочная женщина. То есть максимум, что получит виконт - сравняется с мужем, которого он не считает достойным соперником. Маркиза аккуратно затирает тот факт, что быть мужем без венчания - это все-таки больше, чем быть мужем, женившись, но в ее подтасовке все выглядит так, будто виконт и правда - дурак, и получит какую-то ерунду и пошлость. Вместо миртового венка - унылую, зажатую, скучную, "засохшую в замужестве" любовницу, а вместо лаврового венка - "честь" считаться таким же, как ее глупый муж. "Доступные женщины", по поводу которых изгалялся виконт, имеют много кавалеров и этих кавалеров не так легко обойти, если они молоды, умны и красивы. А здесь - только надоевший муж, вялый и тоскливый, ну и соперник, любой обойдет такого. Вот о чем говорит маркиза.

Она не ругает избранницу виконта, отдает должное ее приятной внешности, но подчеркивает ее отсталость, немодность (а виконт амбициозен и хочет блистать) и называет такую победу скорее позором, удивляясь, что виконт сам этого не видит.

Она настоятельно советует ему обратить внимание на ту прекрасную девушку, которую предлагает она.

Невинную, горячую, красивую.

Не себя она предлагает! Об этом и речи нет. Она предлагает ему другую и всячески настаивает на этом. Ревность = ноль

Она даже грозит отомстить виконту, если он не сделает по ее. И давайте посмотрим на эту месть.

Чем она отомстит? Тем, что выгонит своего нынешнего любовника. И пусть этот разрыв будет на его совести.

Этим маркиза как бы подтверждает, что виконт - это ее добрая подружка, которую может огорчать ее ссора с другим кавалером.

Давайте обсудим эту классную язву.

В двух письмах масса шпилек-крючков и большинство намного коварней, чем острые пики виконта.

Главное преимущество маркизы в том, что она делает вид, будто ей и в голову не приходит сражаться.

Война? Какая война? Я же девочка, виконт, я думаю про платья, а не про войну.

Я и про ваши платья думаю, вам не к лицу это отстойное барахло, в которое вы хотите нарядиться. Вы же не лох? Давайте я вам как добрая ваша наставница расскажу, как одеваться модно. Виконт думает, что выглядит опытным дьяволом, а она говорит с ним как с мальчиком.

И бедный виконт бледнеет от гнева, читая это письмо. А иногда не удерживается и смеется: вот чертовка.

Видите это?

Tags: Границы, Рыбалка, Тест
Subscribe
  • 29 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
  • 29 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Comments for this post were locked by the author